ББК 83.014.8
УДК 82-1/-9
С. А. Третьякова, Н. Н. Шлемова
S. A. Tretyakova, N. N. Shlemova
г. Челябинск, ЮУрГУ
Chelyabinsk, SUSU
АВТОРСКАЯ КНИГА КАК ФОРМА РЕЦЕПЦИИ ОБРАЗОВ ПИСАТЕЛЕЙ-КЛАССИКОВ (КНИГИ КАТИ ГУЩИНОЙ, НИКОЛАЯ ВАТАГИНА)
THE AUTHOR’S BOOK AS A FORM OF RECEPTION OF IMAGES OF CLASSIC WRITERS (BOOKS BY KATYA GUSHCHINA, NIKOLAI VATAGIN)
Аннотация: В статье исследуется феномен авторской книги, представляющей собой оригинальную форму рецепции образов писателей-классиков. На материале книг Кати Гущиной «100 причин, почему плачет Лев Толстой», «Горький, который хотел летать» и книги Николая Ватагина «Русские писатели в скульптурах и рисунках» выявляются авторские стратегии книготворчества, отражающего диалог с классикой.
Ключевые слова: авторская книга; книга-альбом; графическая биография; образ писателя; визуальный нарратив; диалог с классикой; Катя Гущина; Николай Ватагин.
Abstract: The article explores the phenomenon of the author’s book as a form of reception of images of classic writers based on the books by Katya Gushchina «100 Reasons why Leo Tolstoy cries», «Gorky Who wanted to Fly» and Nikolai Vatagin’s book «Russian Writers in Sculptures and Drawings». The study of these books allowed us to identify the original author’s strategies related to modern visual culture.
Keywords: author’s book; artist’s book; album book; graphic biography; cartoon strategies; portrait gallery; splint tradition; author’s comments.
Обращение к образам писателей-классиков в современной культуре, связанное с задачей популярного просвещения и направленное на пробуждение интереса современного поколения к гениям классической литературы, приводит к появлению оригинальных книжных проектов, демонстрирующих новые варианты диалога с классикой и оригинальные формы рецепции образов писателей.
Творческие эксперименты, обусловленные господством визуальной культуры, изменившей тип восприятия и передачи информации, выражаются в авторских книгах, представляющих уникальные художественные модели, основанные на взаимодействии визуального и вербального компонентов, которое полностью подчиняется воле автора, являющегося одновременно и писателем, и художником. В исследовании Дарьи Герасимовой «Творческие проблемы и специфика художественно-графического жанра детской „авторской“ книги» выделяются такие важные свойства данного явления: «органическое соединение писателя, художника и конструктора книги в одном лице», «свобода автора в выборе конструктивных решений и форматов издания», «единство внутреннего строения текста и изображения» [3]. В этом смысле понятие авторской книги сближается с понятием книги художника, которая, по утверждению Михаила Погарского, представляет собой «продуктивный художественный диалог литературы, визуального искусства, музыки, философии и науки. Диалог времён, культур, технологий, жанров. И именно напряжение, синергия этого диалога — есть основная суть новой художественной практики» [8].
Сегодня восприятие писателей, произведения которых составляют золотой фонд русской культуры, двоякое: с одной стороны, устойчивым является представление о классиках как гениях русской литературы, пробуждающих национальную гордость, с другой — они же могут вызывать и отторжение молодежи из-за сложности понимания произведений, написанных более ста лет назад. Справедливо замечание М. В. Загидуллиной о том, что «нередко за высокой оценкой (классиков) скрывается омертвление ярлыка» [6]. В рамках данного исследования особый интерес вызывает то, как эксперимент в пространстве авторской книги позволяет представить оригинальный взгляд на классиков, связанный с «оживлением» их образов и избавлением от ярлыков.
К числу интересных книжных проектов, апеллирующих к образам писателей-классиков, относятся книги Кати Гущиной «100 причин, почему плачет Лев Толстой», «Горький, который хотел летать» и Николая Ватагина «Русские писатели в скульптурах и рисунках», признанные лучшими авторскими книгами в рамках конкурса «Образ книги» в
Катя Гущина создает книги в жанре графической биографии, о продуктивности которого в современной литературе свидетельствуют рисованные истории Д. Двински и А. Акишина «Ахматова. 6 историй», «Меня зовут Гуми-лев», издательский проект «Биография в инфографике» и др. Исследователь Шарлин Плювене считает, что графическая биография не только погружает читателя в жизнь известного человека, но и заставляет его подвергнуть сомнению наличие границ между реальной жизнью и ее воссозданием. Авторы таких биографий «рисуют более индивидуализированный портрет и выводят фигуру, отличную от той, что обычно представлена в литературной традиции» [14].
Концепция Кати Гущиной состоит в том, чтобы демифологизировать фигуры Л. Толстого и М. Горького. Автор представляет классиков не как гениальных писателей, а в первую очередь как людей со своими слабостями, страхами. Она не снижает образы классиков, а использует стратегию их оживления, очеловечивания.
Катя Гущина перерабатывает большое количество биографического материала о писателях. При написании книги о Л. Толстом она обращается к следующим источникам: «ЖЗЛ Толстого» Виктора Шкловского, «Жизнь Льва Толстого» Андрея Зорина, «Бегство из рая» Павла Басинского, «Лев Толстой» Максима Горького. Источниками для книги о М. Горьком послужили: «Горький. Страсти по Максиму» Павла Басинского, «Максим Горький в воспоминаниях современников» (тома 1 и 2), «Собрание сочинений в 30 томах», «Горький» Ильи Груздева, «Воспоминания о Горьком» Владислава Ходасевича, «Курсив мой» Нины Берберовой, «Две души Горького» Корнея Чуковского, «Горький в родном городе» Веры Блохиной и Лидии Либединской.
Основу графической биографии, представляющей разновидность визуальной литературы, составляет визуальный нарратив, когда за счет объединения иконических и вербальных знаковых систем создается история, главным героем которой является писатель. М. К. Скаф отмечает, что визуальная литература — это «спектр художественных литературных произведений, построенных на комбинации двух уровней коммуникации: визуальной и вербальной, которые воздействуют на читателя-зрителя одновременно и, что самое важное, взаимосвязанно» [11, с. 209].
В книге «100 причин, почему плачет Лев Толстой» (2022) события биографии подаются через использование визуальных приемов. Книга представляет собой набор эпизодов-сцен, составляющих историю жизни писателя. Каждая сцена выполнена в технике коллажа: на странице размещаются фигуры, детали, объекты, вырезанные из фотографий, которые дополняются авторскими рисунками, придающими истории юмористический характер. За счет включения текстовых пузырей (баблов) происходит «оживление» сцены: герои произносят реплики, образы индивидуализируются, «очеловечиваются», повествование становится динамичным. Кроме того, каждая сцена сопровождается авторским комментарием, в котором поясняется какой-либо биографический факт.
Рис. 1. Разворот книги
Интересный пример создания фотоколлажа представлен на рис. 1, демонстрирующем эпизод, связанный с исследованием Л. Толстым обстоятельств сражения на Бородинском поле. На развороте на основе наложения двух планов, фотографии и рисунка, черно-белого и цветного изображений не только формируется объемная картинка, но и создается эффект наслоения пространственно-временных пластов. Катя Гущина в интервью объясняет замысел так: «На развороте про Бородинское поле у Толстого есть бабл. Это скрин из фильма Бондарчука. Так что здесь Толстой немного предвидит будущее. Он рассказывает о том, что будет, брат его жены Степа записывает и на этом основывается Бондарчук. Это такая пасхалка» [7].
Источниками используемых в книге фотографий стали фотоальбом «Толстой в жизни», сайт «История России в фотографиях». Так, например, на развороте книги, связанном с описанием детства Л. Толстого, вводятся фотографии предметов из комнаты детей писателя (качалка, мамин портрет, стул и др.).
Наложение фотографического материала и изображений в манере детских рисунков создает игровое пространство, в котором документальное начало обретает интонацию юмора. Рисунки, отличающиеся предельной простотой, контрастом масштабов, пропорций, цветов, «хаотичным» расположением на плоскости страницы, энергичностью линий, штрихов, обретают эмоциональную выразительность, управляют зрительской реакцией, вызывая сочувствие или смех. Рисунки в книге «100 причин, почему плачет Лев Толстой» автор сравнивает с рисунками школьников в учебниках. Но это не означает, что Катя Гущина упрощает образы Л. Толстого и М. Горького. Она говорит о серьезных вещах просто (без упрощения), используя карикатурные приемы. Доминантный цвет в книге о Л. Толстом голубой: он соотносится с центральной темой, заявленной в названии. Автор исследует и представляет факты, которые вызывали у Л. Толстого слезы, изображает гения как живого человека, обладающего «слезным даром» (известно, что в детстве Л. Толстого прозвали «Лёвой-рёвой»), поэтому на каждом фотографическом изображении писателя дорисованы слезы (рис. 2).
Рис. 2. Развороты книги
При этом в книге раскрываются причины, как серьезные, так и забавные, шуточные. Точкой отсчета становится причина № 1 «Пеленали», в которой описывается ощущение скованности и несвободы, испытываемое Л. Толстым еще в младенчестве, о чем он пишет в дневнике, размышляя о поисках истинной свободы.
Основу визуального повествования в книге составляет монтаж сцен-эпизодов из жизни писателя, апеллирующих как к известным, так и к неизвестным фактам биографии. Каждый эпизод пронумерован и связан с причиной слез Л. Толстого. Можно выделить группы фактов, соотносящихся с детством, юностью, семейной жизнью Толстого, его уходом из Ясной Поляны. Так выражается линейность в организации нарратива.
Книга «Горький, который хотел летать» (2024) выстроена иначе. Катя Гущина в интервью подчеркивает: «Книга про Горького будет отличаться от Толстого, потому что это будут не отдельные кусочки из жизни, а единая вязь, „сказка“, „страшная сказка“» [7]. Графическая биография М. Горького объединяет эпизоды полетов и падений. «Полёт — это когда ты воспарил в мыслях, полёт — это когда ты летаешь во сне, полёт — это когда ты споткнулся и летишь носом в грязь, полёт — это когда ты взвинчен, взвинтился, взлетел, рассердился, крылатые фразы — это тоже про полёты» [1], — размышляет Катя Гущина о главном мотиве, организующем историю о М. Горьком, точкой отсчета в которой становится любовь писателя к наблюдениям за полетами птиц в детстве, желание вырваться из дома и обрести свободу. «В детстве он ловит чижей, в юности — разносит корзины с булками, в которых туда-сюда порхают секретные записки. Повзрослев, начинает мечтать о воспарении духа и рождении нового, окрыленного, человека. Становится писателем и достигает заоблачных тиражей» — так уже в аннотации подчеркивается связь образа Горького с мотивом полета. Образ красного дракона (рис. 3), появляющийся на страницах книги, становится символом революции и советской власти, которая отрывает М. Горького, поверившего в создание нового мира и человека, от земли и уносит далеко-далеко.
Рис. 3. Разворот книги
В книге доминирует красный цвет. Разворот «Прыжок» (рис. 4) является удачной демонстрацией техники коллажа, в которой создана книга. Композиция страницы разбивается по горизонтали: верхняя часть включает фотографии, воссоздающие ландшафт острова Капри, где М. Горький жил долгое время. Нижняя часть страницы контрастирует с верхней в цветовом исполнении. Море красного цвета, в которое ныряет М. Горький, символизирует революцию, её «буревестником» считается писатель. В этом прыжке Горького поддерживает В. И. Ленин (известно, что он дважды посещал писателя на Капри). Коллаж отражает данный биографический факт, воспроизводя ситуацию диалога Ленина и Горького.
Рис. 4. Разворот книги
Катя Гущина пишет о М. Горьком не как о монументальной фигуре писателя, а как о противоречивом человеке, который, по словам П. Басинского, «взлетел над Россией и миром в конце XIX — начале ХХ столетия и тяжело приземлился в СССР в
Оригинальную форму рецепции образов писателей-классиков представляет собой авторская книга Николая Ватагина «Русские писатели в скульптурах и рисунках», созданная в формате альбома. Книга-альбом — это книжное издание, воспроизводящее картины, рисунки, чертежи, фотоснимки и другие изобразительные материалы, подобранные по определенной теме, которое включает, как правило, пояснительный текст [13]. Автор представляет портретную галерею русских писателей — «галерею, экспозиция которой представлена исключительно портретами различных персон, отобранных по какому-либо конкретному принципу» [10]. Альбомная основа в книге играет большую роль в создании художественного пространства, так как ориентирована на созерцание и параллельное восприятие текстов и изображений. Именно это открывает перед автором уникальные художественные возможности.
В основе книги — изображения деревянных скульптур Н. Ватагина, которые он раскрашивает маслом и покрывает лаком. Поместив скульптурные фигуры в книжный формат, Н. Ватагин раскрывает этапы развития русской литературы. Стоит обратить внимание на то, с кого начинается её история и кем она завершается. Открывает книгу А. С. Пушкин (рис. 5) как «начало русской литературы» и «солнце русской поэзии». Его фигура — точка отсчета, культурный архетип, с которого начинается литературное самосознание России.
Рис. 5. Страница книги
Завершают книгу советские и антисоветские писатели (рис. 6): литературная традиция, которая началась с А. С. Пушкина, продолжается в новых формах, которые отражают культурный разлом.
Рис. 6. Страница книги
Скульптуры Н. Ватагина совмещают в себе лубочную традицию и реалистичность изображения, он создает портреты, которые имеют сходство с прижизненными фотографиями или с воспоминаниями современников о писателях. Н. Ватагин превращает классиков в «идолов», буквально делает из них деревянных «святых» русской словесности, перенося сакральную функцию иконы в игровую, профанированную форму. Также к лубочной культуре и народной традиции нас отсылает цветовое решение книги, которое является выразительным средством. Цвет также придает «иконичность» портретам, яркий фон выделяет фигуру, как бы возвышает ее, тем самым читатель воспринимает портрет не просто как изображение, а как значимую фигуру, которая возводится почти в символ.
Важным элементом книги являются авторские комментарии. Они дают экспрессивную, стилизованную характеристику либо выражают эмоциональную реакцию автора на фигуру писателя. Авторские комментарии напоминают малые жанры фольклора: присказки, частушки, пословицы и поговорки. Они рифмованы, рифмы просты и угадываемы. Комментарии напоминают частушки по своей ритмике, лаконичности и сатирической интонации («Поэт-партизан — Денис Давыдов, хорош во всех видах»). А пословицы и поговорки в некоторых случаях представлены в своем первозданном виде («Два сапога — пара», «Муж и жена — одна сатана»). Авторские комментарии можно разбить на несколько видов: характерологические или портретные («Поэт Некрасов: стихи писал, в карты играл, народ не забывал, революционеров привечал»), эмоционально-оценочные («П. Я. Чаадаев: тоже учитель, да только какой-то странный»), сатирические («И. Бунин: Достоевского не любил, зато премию получил»), аллегорические или образные («Андрей Платонов: тяжелый гений»).
Подводя итог, отметим, что авторская книга, соотносящаяся с явлениями визуальной литературы, обладающая интермедиальной природой, представляет органичную форму для эксперимента, выражающего попытку вступить в диалог с классиками, открыть их современному читателю, снять ярлыки с писателей прошлых веков. С помощью визуальных приемов в анализируемых книгах происходит «оживление» образов писателей-классиков. Каждая из анализируемых книг обладает коммуникативной природой и представляет особую форму взаимодействия с читателем.
Библиографический список
1. Богдашова, Д. Какой будет новая книга про Горького и как выглядит рабочий день иллюстратора. Интервью с Катей Гущиной / Д. Богдашова. — https://telegra.ph/Kakoj-budet-novaya-kniga-pro-Gorkogo-i-kak-vyglyadit-rabochij-den-illyustratora-Intervyu-s-Katej-Gushchinoj-05-23 (дата обращения: 15.05.2025).
2. Ватагин, Н. Русские писатели в скульптурах и рисунках Николая Ватагина / Н. Ватагин. — Псков : Красный пароход, 2014. — 112 с.
3. Герасимова, Д. С. Творческие проблемы и специфика художественно-графического жанра детской «авторской» книги : дис. ... канд. искусствоведения / Д. С. Герасимова. — М. : МГУП, 2002. — 194 с.
4. Гущина, Катя. Горький, который хотел летать / Катя Гущина. — М. : Ад Маргинем Пресс : ABCdesign, 2024 (А+А). — 108 с.
5. Гущина, Катя. 100 причин, почему плачет Лев Толстой / Катя Гущина. — М. : Ад Маргинем Пресс : ABCdesign, 2023 (А+А). — 108 с.
6. Загидуллина, М. Скрытые смыслы русской классики: первое десятилетие XXI века / М. В. Загидуллина. — https://rospisatel.ru/konferenzija/zagidullina.htm (дата обращения: 15.05.2025).
7. Левунова, М. «Для меня очень важно здесь остаться рассказчиком, не навязывающим свое мнение». Интервью с Катей Гущиной / М. Левунова. — https://admarginem.ru/2022/09/07/ne_bey_aleshu/ (дата обращения: 10.05.2025).
8. Погарский, М. В. Книга художника / М. В. Погарский. — М., 2015. — 416 с.
9. Прудиус, И. Г. Фикционализированная биография во французском графическом романе XXI века (на материале произведений Б. Эггер и М. Пуарсона и Р. Марайя) / И. Г. Прудиус // Вестник Пермского университета. Российская и зарубежная филология. — 2024. — Т. 16. — Вып. 4. — С.
10. Рублев, В. Портретная галерея / В. Рублев. — https://yavarda.ru/portraitgallery.html (дата обращения: 15.05.2025).
11. Скаф, М. К. Визуальная литература. Речевые фигуры и тропы / М. К. Скаф // Детские чтения. — 2014. — С.
12. Черняк, М. Современная литература в диалоге с классикой: притяжения и отторжения / М. Черняк // Библиотечное дело. — 2015. — № 11. — С.
13. Энциклопедия книжного дела / Ю. Ф. Майсурадзе, А. Э. Мильчин, Э. П. Гаврилов и др. — М. : Юристъ, 2004. — 634 с.
14. Pluvinet, Ch. Fictions en quête d’auteur (Fiction in Search of an Author) / Ch. Pluvinet. — Rennes : Presses universitaires de Rennes, 2012. — 314 p.